Что входит в объекты инженерной инфраструктуры

Что входит в объекты инженерной инфраструктуры

Системы и объекты инженерной инфраструктуры создаются на территориях, используемых для проживания населения и осуществления хозяйственной и иной деятельности, с учетом типа населенного пункта, характеристики территорий и застройки, вида хозяйственной и иной деятельности. Строительство, в т.ч. проектирование, объектов инженерной инфраструктуры осуществляется на основании разрешительной документации, состав, порядок подготовки и выдачи которой устанавливаются с учетом требований законодательных актов Совмина, если иное не определено Президентом Республики Беларусь.

Инженерная инфраструктура подразделяется на магистральную, распределительную и внутриплощадочную.

Магистральная инженерная инфраструктура – инженерные сети, капитальные строения (здания, сооружения), изолированные помещения и иные объекты, транспортирующие транзитом ресурсы к местам их учета и распределения в районах (кварталах) жилой застройки, к территориям застройки объектами, не относящимися к многоквартирным, одноквартирным, блокированным жилым домам (далее – иные объекты), а также отводящие от района (квартала) жилой застройки, территории застройки иными объектами использованные ресурсы.

Распределительная инженерная инфраструктура – инженерные сети, капитальные строения (здания, сооружения), изолированные помещения и иные объекты, обеспечивающие распределение ресурсов от места их учета и распределения до участков размещения конкретных объектов потребления в районе (квартале) жилой застройки, на территориях застройки иными объектами.

Внутриплощадочная инженерная инфраструктура – внутриплощадочные или расположенные на придомовой территории инженерные сети, капитальные строения (здания, сооружения), изолированные помещения и иные объекты на них, обеспечивающие доставку ресурса от точки подключения, расположенной на распределительной инженерной инфраструктуре, к конкретным объектам потребления ресурса и отвод при необходимости использованных ресурсов от объектов потребления к точке их подключения, расположенной на распределительной инженерной инфраструктуре.

Отнесение объектов инженерной инфраструктуры к магистральной и распределительной инфраструктуре (сетям) осуществляется разработчиком проектной документации на строительство объектов инженерной инфраструктуры на стадии ее разработки в соответствии с утвержденными градостроительными проектами.

Разработанная проектная документация на строительство объектов инженерной инфраструктуры (за исключением объектов, расположенных в санитарно-защитных зонах и зонах ограниченной застройки, передающих радиотехнических объектов Вооруженных Сил Республики Беларусь) не представляется на проведение государственной санитарно-гигиенической экспертизы.

Проектирование объектов магистральной инженерной инфраструктуры обеспечивается облисполкомами и Мингорисполкомом. Проектирование и строительство внутриплощадочной инженерной инфраструктуры осуществляется за счет заказчика, застройщика.

Эксплуатация и обслуживание (обеспечение работоспособности) объектов инженерной инфраструктуры производятся специализированными эксплуатационными организациями.

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 11. ПРАВО. 2013. № 4

А.с. конюхова, аспирантка кафедры международного права юридического факультета МГУ*

Акты незаконного вмешательства в деятельность гражданской авиации: система Понятий и правовая природа деяний (международно-правовой аспект)

В статье рассматривается понятие «акты незаконного вмешательства в деятельность гражданской авиации» с точки зрения международного права, анализируется его правовая природа как преступления международного характера. Автор рассматривает систему международно-правовых понятий, составляющих его содержание.

Ключевые слова: акты незаконного вмешательства в деятельность гражданской авиации, незаконный захват воздушного судна, акт, направленный против безопасности гражданской авиации, терроризм, преступление международного характера.

В последнее десятилетие проблема борьбы с терроризмом, в частности воздушным терроризмом, стала особенно актуальной и ведется совместными усилиями стран практически всего мира. При этом разработка правовых инструментов такой борьбы невозможна без обращения к термину «акты незаконного вмешательства в деятельность гражданской авиации» (далее — АНВ или акты незаконного вмешательства) и всем понятиям, которые в него входят. Однако, как отмечают многие исследователи, однозначного понимания значения и содержания термина АНВ у юристов нет. В результате к одному и тому же незаконному акту применяются различные понятия. В частности, в связи с незаконным захватом воздушного судна могут употребляться такие термины, как «угон самолета», «воздушное пиратство» или «воздушный бандитизм»1. Нет единства у юристов и по вопросу

* asetrix@yandex.ru

правовой природы как понятия АНВ в целом, так и отдельных деяний, составляющих его содержание. так, в отечественной доктрине развернулась дискуссия по вопросу, является ли совершение АНВ международным преступлением или преступлением международного характера2. Некоторыми авторами высказывается весьма противоречивая точка зрения о том, что понятие АНВ является синонимом понятия «терроризм»3. Между тем от единообразного понимания терминов и их правовой природы зависят правильная квалификация деяний и справедливое решение вопросов ответственности, поэтому представляется важным в настоящей статье проанализировать юридическое содержание понятия АНВ и исследовать его правовую природу с точки зрения современного международного права.

термин «акты незаконного вмешательства в деятельность гражданской авиации» в самом общем виде определен в документе Международной организации гражданской авиации (далее — ИКАО) «Безопасность. Защита гражданской авиации от актов незаконного вмешательства»4 (принят 22 марта 1974 г., последние изменения — март 2011 г.) (глава 1 «Определения») как «акты или попытки совершения актов, создающие угрозу безопасности гражданской авиации» с приведением открытого перечня таких актов, в том числе: незаконный захват воздушных судов; разрушение воздушного судна, находящегося в эксплуатации; захват заложников на борту воздушных судов или на аэродромах и др. АНВ является юридическим фактом, с которым международно-правовые документы связывают определенные правовые последствия. Последствиями АНВ являются, как правило, меры юридической ответственности, поэтому данный юридический факт следует квалифицировать как правонарушение. термин «акты незаконного вмешательства» является собирательным, включающим в себя несколько составов. Наиболее часто употребляются следующие названия для разных видов АНВ: «незаконный акт, угрожающий безопасности полета воздушного судна», «незаконный захват воздушного судна», «угон самолета», «воздушное пиратство», «воздушный бандитизм», «незаконный акт, направленный против безопасности гражданской авиации»5.

5 Малеев Ю.Н. Указ. соч. С. 249.

В 1975 г. Ю.Н. Малеев систематизировал все понятия, которые употреблялись в связи с АНВ, предложив следующую понятийно-терминологическую схему6:

1. Угон самолета — незаконное, насильственное направление воздушного судна в какую-либо географическую точку.

2. Skyjacking (hijacking) — воздушный бандитизм — незаконный акт насилия, совершаемый лицами, находящимися на борту воздушного судна, в отношении воздушного судна или лиц и имущества на его борту в целях наживы или шантажа с помощью захвата воздушного судна или осуществления контроля над ним.

3. Воздушное пиратство — неправомерный акт насилия, задержания или грабежа, совершаемый против воздушного судна и находящихся на его борту лиц и имущества.

4. Незаконный захват воздушного судна — незаконный, с помощью силы или угрозы применения силы или путем запугивания захват воздушного судна, находящегося в полете, или осуществление контроля над ним, либо попытка осуществить такое действие лицом, находящимся на борту воздушного судна, а также соучастие в таком преступлении.

5. Акт, направленный против безопасности гражданской авиации, — любой акт диверсии на воздушном транспорте либо такое вмешательство в его деятельность, или насилие в отношении лица, находящегося на борту воздушного судна, которое выводит из строя воздушное судно, или может угрожать его безопасности в полете, а также соучастие в таком преступлении.

6. АНВ включают все виды деяний, перечисленных в предыдущих пунктах.

Однако в настоящее время представляется невозможным полностью принять указанную схему.

Во-первых, можно отметить некоторые ее технические неточности. Так, несмотря на то что понятие «угон воздушного судна» знакомо национальному законодательству многих стран (см., например, п. 1 ст. 211 УК РФ 7), действующие международно-правовые документы не содержат упоминаний об «угоне воздушного судна». В рамках международного права получается, что деяния, составляющие «угон самолета», осуществляются с помощью «незаконного захвата воздушного судна». Однако при этом в любом случае не учитывается возможность угона самолета его экипажем (при условии, что отсутствует насилие или угроза его применения в отношении пассажиров или отдельных членов экипажа). Несмотря на то что это, скорее всего, недостаток юридической техники, выделение понятия «угон самолета» как самостоятельного в международном праве, на наш взгляд, ошибочно.

6 Там же. С. 255-256.

7 СЗ РФ. 1996. № 25. Ст. 2954.

Во-вторых, не все из понятий, указанных Ю.Н. Малеевым, можно считать правовыми. Например, термин «hijacking» («skyjacking») не является самостоятельным составом «воздушного бандитизма». В современной западной литературе он употребляется как сокращенное наименование термина «захват воздушного судна»8.

В-третьих, сегодня понятие АНВ гораздо шире. После 1975 г. были приняты новые международно-правовые документы, предусматривающие новые виды АНВ. В настоящее время система международных конвенций, содержащих определения различных видов АНВ, выглядит следующим образом.

Первым вступившим в силу международным договором, упоминающим АНВ, является Конвенция об открытом море (Женева, 29 апреля 1958 г.)9 (далее — Женевская конвенция 1958 г.). В п. 1 ст. 15 указанной Конвенции дано определение пиратства как «любой неправомерный акт насилия, задержания или грабежа, совершаемый с личными целями экипажем или пассажирами какого-либо частновладельческого судна или частновладельческого летательного аппарата и направленный в том числе против частновладельческих летательных аппаратов и находящихся на их борту лиц и имущества». Очевидно, что указанная норма касается лишь узкого понятия, часто называемого в прессе «воздушным пиратством», которое не охватывает всего многообразия возможных определений АНВ.

Конвенция о правонарушениях и некоторых других действиях, совершенных на борту воздушного судна (Токио, 14 сентября 1963 г.)10 (далее — Токийская конвенция 1963 г.), и Конвенция о борьбе с незаконным захватом воздушных судов (Гаага, 16 декабря 1970 г.)11 (далее — Гаагская конвенция 1970 г.) расширили границы термина «акты незаконного вмешательства», введя понятие «незаконный захват воздушного судна», под которым в настоящее время подразумевается акт захвата воздушного судна, находящегося в полете, или осуществления над ним контроля, совершенный незаконно, путем насилия или угрозы применения насилия, или путем любой другой формы запугивания, либо попытка совершить любой такой акт, а также соучастие в нем (ст. 1 Гаагской конвенции 1970 г.). Некоторые юристы 1960-х гг. по аналогии использовали также термин «законный захват воздушного судна», который не относится к АНВ, а подразумевает либо «наложение ареста по постановлению суда» или «конфискацию за долги эксплуатанта», либо «действия экипажа, пассажиров, государствен-

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

10 Там же. Вып. 44. М., 1990. С. 218-225.

11 Там же. Вып. 27. М., 1974. С. 292-296.

ных органов безопасности и др. по изъятию контроля над воздушным судном из рук преступников, осуществляемые в рамках самозащиты или на других законных основаниях»12. Однако согласимся с теми авторами13, которые считают термин «законный захват» неудачным. Действительно, он не совсем точен: ведь нет, например, понятия «законное убийство», но есть понятие обстоятельств, которые исключают ответственность за причинение смерти, в частности необходимая оборона. Также и в данном случае: лица совершают не «законный захват» самолета, а действия, направленные на пресечение преступления и восстановление законного контроля над воздушным судном.

Отметим, что принятый в 2010 г. Протокол, дополняющий Конвенцию о борьбе с незаконным захватом воздушных судов (Пекин, 10 сентября 2010 г.)14 (далее — Пекинский протокол 2010 г.) немного изменил определение термина «незаконный захват воздушного судна», указав, что акт совершается «незаконно и преднамеренно» в отношении «воздушного судна, находящегося в эксплуатации» и не только «с применением насилия, или угрозы применения насилия, или любой другой формы запугивания», но также «с помощью любых технических средств». Однако в настоящее время Пекинский протокол 2010 г. ратифицирован лишь шестью государствами15 и в силу положения п. 1 ст. 23 пока не вступил в силу, поэтому следует по-прежнему руководствоваться определением, содержащимся в Гаагской конвенции 1970 г.

Конвенция о борьбе с незаконными актами, направленными против безопасности гражданской авиации (Монреаль, 23 сентября 1971 г.)16 (далее — Монреальская конвенция 1971 г.), дополненная впоследствии Протоколом о борьбе с незаконными актами насилия в аэропортах, обслуживающих международную гражданскую авиацию (Монреаль, 24 февраля 1988 г.)17 (далее — Монреальский протокол 1988 г.), еще более расширила термин АНВ, дополнив его новыми понятиями. В Монреальской конвенции 1971 г. уже используется собирательный термин — «незаконный акт, направленный против безопасности гражданской авиации», который включает в себя ряд составов, связанных в основном с диверсионными актами, создающими угрозу технической надежности воздушного судна и аэронавигационного оборудования как на судне, так и в аэропорту, в частности: акт

12 Малеев Ю.Н. Указ. соч. С. 253.

13 Там же. С. 254.

14 Док. ИКАО. № 9959.

17 Действующее международное право: В 2 т. / Сост. Ю.М. Колосов, Э.С. Кривчикова. М., 2007. т. 2. С. 431-435.

насилия в отношении лица, находящегося на борту воздушного судна в полете; разрушение воздушного судна, находящегося в эксплуатации, или причинение этому воздушному судну повреждения которое выводит его из строя или может угрожать его безопасности в полете; помещение или совершение действия, приводящего к помещению на воздушное судно, находящееся в эксплуатации, каким бы то ни было способом устройства или вещества, которое может разрушить такое воздушное судно или причинить ему повреждение, которое выводит его из строя, или причинить ему повреждение, которое может угрожать его безопасности в полете; разрушение или повреждение аэронавигационного оборудования или вмешательство в его эксплуатацию, если любой такой акт может угрожать безопасности воздушных судов в полете; сообщение заведомо ложных сведений, что создает угрозу безопасности воздушного судна в полете; акт насилия в отношении лица в аэропорту, обслуживающем международную гражданскую авиацию, который причиняет или может причинить серьезный вред здоровью или смерть; разрушение или серьезное повреждение оборудования и сооружения аэропорта, обслуживающего международную гражданскую авиацию, либо расположенных в аэропорту воздушные суда, не находящиеся в эксплуатации, или нарушение работы служб аэропорта (пп. 1, 1-Ы8 ст. 1).

Конвенция о борьбе с незаконными актами в отношении международной гражданской авиации (Пекин, 10 сентября 2010 г.)18 (далее — Пекинская Конвенция 2010 г.) — документ, принятый по результатам почти десятилетней работы, начавшейся после событий 11 сентября 2001 г., включила в понятие АНВ акты использования гражданского воздушного судна в качестве оружия и использования опасных материалов для нападения на воздушное судно или другие объекты на земле, а также перевозку биологического, химического и ядерного оружия и относящихся к ним материалов. Однако заметим, что к настоящему моменту Пекинская конвенция 2010 г. ратифицирована лишь пятью государствами19 и в силу положения п. 1 ст. 22 Конвенции пока не вступила в силу.

При этом понятно, что многие виды АНВ сами по себе являются собирательными понятиями и могут совершаться в террористических целях. Например, акт использования гражданского воздушного судна в качестве оружия, имевший место 11 сентября 2001 г., состоял по крайней мере из нескольких деяний: незаконного захвата воздушного судна; преднамеренного разрушения воздушного судна в полете; преднамеренного разрушения воздушного судна, находящегося в

18 Док. ИКАО. № 9960.

эксплуатации; совершения актов насилия на борту воздушного судна; убийств и других деяний, причиняющих вред здоровью людей и ущерб имуществу.

Такое широкое содержание определения АНВ, имеющих террористическую направленность, позволило некоторым авторам20 считать, что в настоящее время понятие «террористический акт» полностью поглотило понятие АНВ. Возможно, такая точка зрения и небезосновательна, тем более что во времена создания большей части конвенций, посвященных АНВ (60-80-е гг. XX в.), под терроризмом понималось «убийство дипломатических представителей и вообще политических деятелей иностранных государств в целях усиления международной напряженности и раздувания политических и военных конфликтов»21, поэтому захваты самолетов с пассажирами, далекими от политики, не называли терроризмом, хотя степень общественной опасности таких деяний, безусловно, выше обычных актов насилия. В настоящее же время понимание терроризма изменилось, однако, на наш взгляд, достаточно очевидно, что оно не слилось с понятием АНВ. Террористический акт на воздушном транспорте, действительно, может совершаться посредством АНВ, но, как уже неоднократно было отмечено в доктрине22 и в позициях международных организаций23, отличительной чертой именно террористического акта является несоответствие объекта деяния его непосредственному объекту. Таким обра-

20 См., напр.: Егорушкин И.Н. Указ. соч. С. 70.

21 Левин Д.Б. Ответственность государства в современном международном праве. М., 1986. С. 83.

22 Например, А.А. Попович отмечает, что современный терроризм обезличен, насилие применяется против неопределенного круга лиц («ни в чем не повинных людей») ради достижения отдаленной цели, не имеющей прямой связи с самим террором (см.: Попович А. Определение понятия терроризма // http://fmp-gugn.narod.ru/pop3. html (дата обращения: 07.01.2013)); Н.В. Прокофьев указывал на трехчастность объекта терроризма: метаобъект (результирующий объект) — международные отношения и международный правопорядок, общий (основной, планируемый) объект — деятельность государственных органов, международных организаций, физических или юридических лиц, непосредственный (факультативный) объект — жизнь и здоровье физических лиц, а также движимое и недвижимое имущество физических и юридических лиц и государства (см.: Прокофьев Н.В. Многосторонние международные договоры в сфере борьбы с международным терроризмом: проблемы эффективности: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2005. С. 21). Г.А. Дробот при определении терроризма указывает на то, что его важнейшим признаком является политическая мотивировка, в которой заключается принципиальная разница между терроризмом и другими преступными агрессивными актами, даже если они по характеру применяемых в них методах борьбы не отличаются от политических акций и по этой причине могут причисляться к терроризму. При этом специфичность жертв терроризма (как правило, это далекие от политики обычные люди) обусловливает демонстрационный, устрашающий эффект терроризма: «главная мишень террористов — не непосредственные жертвы их акций, не те конкретные люди, которых они обрекают на гибель, а те, кто, затаив дыхание, следят за развертывающейся драмой на экранах телевизоров» (Дробот Г.А. Международный терроризм как объект изучения (электронный ресурс): URL: http://worldspol.socio.msu.ru/programmi/Mewdunarodnyj_ terroriz1.doc (дата обращения: 07.01.2013)).

23 Abeyratne R. Op. cit. P. 40.

зом, на наш взгляд, точнее было бы говорить о том, что АНВ является одним из способов совершения террористического акта, но может и не иметь террористической направленности, поэтому данное понятие не является синонимом понятия «террористический акт».

Резюмируя вышесказанное, можно предложить следующую систему международно-правовых понятий применительно к АНВ:

— пиратство (в том числе в отношении гражданской авиации) — как оно определено в Женевской конвенции 1958 г.;

— незаконный захват воздушного судна — как он определен Гаагской конвенцией 1970 г.;

— акт, направленный против безопасности гражданской авиации — диверсионный акт на воздушном транспорте или в аэропорту, предусмотренный Монреальской конвенцией 1971 г. (в ред. Монреальского протокола 1988 г.);

— АНВ — собирательный термин, включающий все вышеперечисленные.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Очевидно, что перечисленные деяния представляют огромную общественную опасность. Практически все международные конвенции, посвященные борьбе с АНВ (за исключением Женевской конвенции 1958 г. и Токийской конвенции 1963 г.), содержат требование к государствам—участникам криминализировать указанные в них деяния в национальном законодательстве и предусмотреть возможность выдачи лиц, совершивших АНВ, в любом договоре о выдаче, заключаемом между государствами—участниками. Кроме того, преступлением должно считаться не только оконченное деяние, но и покушение на него, и соучастие в нем (ст. 1 Гаагской конвенции 1970 г., ст. 1 Монреальской конвенции 1973 г. (в ред. Монреальского протокола 1988 г.) и ст. 1 Пекинской конвенции 2010 г.).

В отечественной доктрине высказывается также мнение, что с учетом степени общественной опасности АНВ их следует относить не только к уголовно наказуемым по национальному праву деяниям, но и к международным преступлениям24.

С нашей точки зрения, следует согласиться с другими исследова-телями25, которые не считают АНВ международным преступлением. При этом немного уточним указанную позицию: международным преступлением АНВ можно считать лишь в исключительных случаях. В подтверждение данной точки зрения приведем следующие аргументы.

Во-первых, далеко не все АНВ по степени общественной опасности можно отнести к закрепленным в ряде международных актов26

24 См.: КолосовЮ.М. Ответственность в международном праве. М., 1975. С. 201.

25 Напр., см.: Малеев Ю.Н. Указ. соч. С. 256; Василенко В.А. Указ. соч. С. 171-173; Рыжий В.И. Акты незаконного вмешательства… С. 61.

26 Устав Международного Военного Трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси (Лондон, 8 августа 1945 г.) ст. 6 // Сборник

составам международных преступлений, а именно: геноциду, преступлениям против мира, военным преступлениям, преступлениям против человечности и преступлениям агрессии. Но, как уже отмечалось, АНВ может стать способом совершения террористического акта, который при условии его особого масштаба можно отнести к международному преступлению. Однако в иных случаях АНВ может вообще обойтись без жертв и не причинить серьезного имущественного ущерба; большинство дел, связанных с АНВ, подсудно национальным судам государств.

Тем не менее с АНВ ввиду их потенциальной опасности ведется согласованная борьба на международном уровне, поэтому, на наш взгляд, вполне уместно, некоторые исследователи называют АНВ преступлениями международного характера27, преступлениями или деликтами против международного права28 или квазимеждународными правонарушениями (т.е. преступными деяниями физических лиц, противоречащими предписаниям международных соглашений или обычаев, равно как и сформулированным на их основе нормам внутригосударственного (национального) права)29.

Во-вторых, субъектами АНВ в абсолютном большинстве случаев выступают индивиды, не являющиеся должностными лицами и действующие не от имени и по полномочию государства, а в личном качестве, вопреки воле государства и в нарушение национального законодательства. Соответственно международную уголовную ответственность или уголовную ответственность по национальному праву за такое деяние несут совершившие его физические лица, а не государство. Однако возможна ситуация, когда АНВ совершается непосредственно государством. В международно-правовых документах отсутствует понятие таких АНВ, но отдельные попытки раскрыть его сущность встречаются в доктрине. Так, Ю.Н. Малеев говорит о «государственном воздушном пиратстве», под которым понимается «любой незаконный акт насилия в отношении гражданского воздушного судна, находящегося в полете, совершаемый с ведома или по поручению властей не с личными целями»30. В.И. Рыжий пишет о существовании АНВ, совершаемых государствами, и актов агрессии государств, которые совершаются в форме АНВ и в результате которых нарушаются основные принципы современного международного права, — в частности, акты агрессии,

27 См.: Карпец И.И. Преступления международного характера. М., 1979. С. 48-49; Малеев Ю.Н. Указ. соч. С. 256.

28 См.: Моджорян Л.А. Основные права и обязанности государств. М., 1965. С. 217.

29 См.: Василенко В.А. Указ. соч. С. 171; Рыжий В.И. Акты незаконного вмешательства… С. 61.

30 Малеев Ю.Н. Указ. соч. С. 255.

поводом для совершения которых служат АНВ, совершаемые физическими или юридическими лицами, либо непосредственным объектом которых является гражданская авиация (воздушные суда, аэродромы, аэропорты и т.д.)31. Такие акты, действительно, ближе всего стоят к понятию «международное преступление» в том смысле, что ответственность за него несет субъект международного права (государство) и содержание, порядок и условия применения такой ответственности предусмотрены международным правом. При этом в международном праве для подобных ситуаций применяются термины «международно-противоправное деяние» (гл. 1 ч. I Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН от 12 декабря 2001 г. № 56/83 «Ответственность государств за международно-противоправные деяния» (далее — Проект статей об ответственности государств 2001 г.32) и «серьезное нарушение обязательств, вытекающих из императивных норм общего международного права» (гл. 3 ч. II Проекта статей об ответственности государств 2001 г.), а не «международное преступление». Поэтому, строго говоря, употреблять понятие «международное преступление» в указанных случаях представляется невозможным33.

Таким образом, абсолютное большинство АНВ, криминализируемых в международном праве, следует относить не к международным преступлениям, а к уголовно наказуемым по национальному праву деяниям. Более того, в национальном законодательстве некоторые АНВ вообще не считаются преступлениями: например, в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. № 195-ФЗ34 сформулирован ряд составов (ст. 11.3-11.5) АНВ, за которые предусмотрено лишь административное наказание.

Что касается объективной и субъективной сторон АНВ, то международно-правовые документы формулируют такие акты как противоправные действия, совершенные «незаконно и преднамеренно», т.е. с прямым умыслом.

Резюмируя все вышесказанное, мы можем отметить, что в международном праве общее понятие «акты незаконного вмешательства» включает множество составов, представляющих собой умышленные

31 См.: Рыжий В.И. Проблема кодификации и прогрессивного развития международного воздушного права в области борьбы с актами незаконного вмешательства в деятельность гражданской авиации // Сов. ежегод. междунар. права. 1986 / Под ред. С.В. Черниченко. М., 1987. С. 170-171.

32 Док. ООН Л/Ке§/56/83.

33 Более того, трудно в принципе согласиться с тем, что международная ответственность государств может быть криминализирована. Несмотря на то что концепция международного преступления государств знакома и доктрине, и международной практике, в силу того что в международном праве отсутствует верховная власть, способная применять меры уголовно-правовой ответственности против государств, невозможно говорить о практической применимости такой концепции (подробнее см.: Лукашук И.И. Право международной ответственности. М., 2004. С. 123-142).

34 СЗ РФ. 2002. № 1 (ч. 1). Ст. 1.

противоправные действия, совершаемые в основном индивидами (физическими лицами) (что не исключает возможности их совершения государствами). Почти все соответствующие международные конвенции (кроме Женевской конвенции 1958 г. и Токийской конвенции 1963 г.) содержат требование к государствам—участникам включить их в национальное законодательство в качестве преступлений, влекущих выдачу. При этом АНВ, несмотря на их потенциальную огромную общественную опасность, сами по себе нельзя относить к категории международных преступлений, хотя борьба с ними ведется на международном уровне. Отметим также, что понятие АНВ в международном праве не полностью соответствует аналогичному понятию в национальном законодательстве: если международные документы касаются наиболее серьезных случаев АНВ, то внутреннее право регулирует все случаи, включая и те, которые не относятся к преступлениям.

список литературы

1. Василенко В.А. Ответственность государства за международные правонарушения. Киев, 1976.

2. Егорушкин И.Н. Правовые и экономические аспекты противодействия актам незаконного вмешательства // Актуальные проблемы административного законодательства: сб. науч. ст. / Под ред. Ю.Н. Мильшина. Саратов, 2009.

3. Карпец И.И. Преступления международного характера. М., 1979.

4. Колосов Ю.М. Ответственность в международном праве. М., 1975.

5. Левин Д.Б. Ответственность государства в современном международном праве. М., 1986.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

6. Лукашук И.И. Право международной ответственности. М., 2004.

8. Моджорян Л.А. Основные права и обязанности государств. М., 1965.

10. Рыжий В.И. Акты незаконного вмешательства в деятельность гражданской авиации — квазимеждународные правонарушения // Вестн. Киев. унта. Международные отношения и международное право. 1982. № 15.

Департамент государственной политики в области дорожного хозяйства Минтранса России рассмотрел Ваше обращение от 17 июля 2020 г. № 59425 по вопросу разъяснения положений приказа Министерства транспорта Российской Федерации от 16 ноября 2012 г. № 402 «Об утверждении Классификации работ по капитальному ремонту, ремонту и содержанию автомобильных дорог» (далее — Классификация).

Классификация устанавливает состав и виды работ, выполняемых при капитальном ремонте, ремонте и содержании автомобильных дорог, и предназначена для использования при планировании объемов дорожных работ, в том числе при их проектировании и формировании программ дорожных работ на краткосрочный и среднесрочный периоды.

Законодательством Российской Федерации термин «инженерно-технические системы обеспечения безопасности дорожного движения и дорожных сооружений» не установлен. Вместе с тем, исходя из практики, а также из назначения выполняемых работ, к работам по устройству инженерно-технических систем относится установка: технических систем и средств сигнализации; технических средств видеонаблюдения и аудио и видеозаписи и других интеллектуальных транспортных систем и автоматизированных систем управления дорожным движением.

Одновременно отмечаем, что настоящее письмо не содержит правовых норм, не конкретизирует нормативные предписания и не является нормативным правовым актом. Письменные разъяснения Минтранса России по вопросам применения нормативных правовых актов имеют информационно-разъяснительный характер и не препятствуют субъектам дорожно-транспортной деятельности руководствоваться нормами законодательства Российской Федерации в данной области в понимании, отличающемся от трактовки, изложенной в настоящем письме.

Ответ Минтранса термин

Зарегистрирован в Минюсте РФ 2 апреля 2010 г.

Регистрационный N 16782

Утвердить прилагаемый Перечень потенциальных угроз совершения актов незаконного вмещательства в деятельность объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств.

Министр транспорта Российской Федерации И. Левитин

Директор Федеральной службы безопасности А. Бортников

Министр внутренних дел Российской Федерации Р. Нургалиев

Перечень потенциальных угроз совершения актов незаконного вмешательства в деятельность объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств

1. Угроза захвата — возможность захвата объектов транспортной инфраструктуры (далее — ОТИ) и/или транспортных средств (далее — ТС), установления над ними контроля силой или угрозой применения силы, или путем любой другой формы запугивания.

2. Угроза взрыва — возможность разрушения ОТИ и/или ТС или нанесения им и/или их грузу, здоровью персонала, пассажирам и другим лицам повреждений путем взрыва (обстрела).

3. Угроза размещения или попытки размещения на ОТИ и/или ТС взрывных устройств (взрывчатых веществ) — возможность размещения или совершения действий в целях размещения каким бы то ни было способом на ОТИ и/или ТС взрывных устройств (взрывчатых веществ), которые могут разрушить ОТИ и/или ТС, нанести им и/или их грузу повреждения.

4. Угроза поражения опасными веществами — возможность загрязнения ОТИ и/или ТС или их критических элементов1 опасными химическими, радиоактивными или биологическими агентами, угрожающими жизни или здоровью персонала, пассажиров и других лиц.

5. Угроза захвата критического элемента ОТИ и/или ТС — возможность захвата критического элемента ОТИ и/или ТС, установления над ним контроля силой или угрозой применения силы, или путем любой другой формы запугивания.

6. Угроза взрыва критического элемента ОТИ и/или ТС — возможность разрушения критического элемента ОТИ и/или ТС или нанесения ему повреждения путем взрыва (обстрела), создающего угрозу функционированию ОТИ и/или ТС, жизни или здоровью персонала, пассажиров и других лиц.

7. Угроза размещения или попытки размещения на критическом элементе ОТИ и/или ТС взрывных устройств (взрывчатых веществ) — возможность размещения или совершения действий в целях размещения каким бы то ни было способом на критическом элементе ОТИ и/или ТС взрывных устройств (взрывчатых веществ), которые могут разрушить критический элемент ОТИ и/или ТС или нанести ему повреждения, угрожающие безопасному функционированию ОТИ и/или ТС, жизни или здоровью персонала, пассажиров и других лиц.

8. Угроза блокирования — возможность создания препятствия, делающего невозможным движение ТС или ограничивающего функционирование ОТИ, угрожающего жизни или здоровью персонала, пассажиров и других лиц.

9. Угроза хищения — возможность совершения хищения элементов ОТИ и/или ТС, которое может привести их в негодное для эксплуатации состояние, угрожающее жизни или здоровью персонала, пассажиров и других лиц.

1 Критический элемент ОТИ и/или ТС — строения, помещения, конструктивные, технологические и технические элементы ОТИ или ТС, акт незаконного вмешательства в отношении которых приведет к полному или частичному прекращению их функционирования и/или возникновению чрезвычайных ситуаций.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *